Главная >> История России 8 кл. Данилов

 

Глава II. Россия во второй половине XIX в.

 

§ 34. Общественное движение в 80-90-х гг.

Кризис революционного народничества

В первые дни царствования Александра III крупнейшие нравственные авторитеты страны — сначала писатель Л. Н. Толстой, а вслед за ним публицисты и ученые К. Д. Кавелин и В. С. Соловьев — высказали идею о необходимости помиловать цареубийц. По их мнению, это нравственно обезоружит сторонников насильственных преобразований и тем самым положит конец ожесточению в обществе. Но Александр III не счел возможным оставить смерть отца без отмщения. 3 апреля 1881 г. состоялась публичная казнь пяти террористов.

После убийства Александра II один из участников покушения, Рысаков, бросивший первую бомбу в карету царя, рассказал полиции все, что знал о своих соратниках. Обыски и облавы привели к разгрому петербургской организации «Народная воля».

Увидев, что надежды на революцию не оправдались, Исполнительный комитет обратился 10 марта 1881 г. с письмом к Александру III, обещая прекратить террор в обмен на конституцию.

Осенью 1882 г. начальник Петербургского охранного отделения Г. П. Судейкин завербовал видного революционера С. П. Дегаева. Была уничтожена военная организация народовольцев. Тогда же был окончательно разгромлен Исполнительный комитет «Народной воли». 56 самых опасных народовольцев были заключены в Шлиссельбургскую крепость.

К 1886 г. с «Народной волей» было покончено. 28 человек казнили, более 500 отправили на каторгу и в ссылку в Сибирь. Однако на следующий год, 1 марта 1887 г., в Петербурге была совершена попытка покушения на Александра III (единственная за время его царствования), вызвавшая новую волну арестов.

Либеральное движение

Убийство Александра II изменило атмосферу в обществе. Требование конституции, прозвучавшее в письме «Народной воли» к Александру III, поставило либералов в двусмысленное положение. Настаивать на своем главном требовании вслед за террористами они не сочли возможным.

Всколыхнулись монархические настроения в народе, тяга к порядку и «сильной руке». Даже либерал Б. Н. Чичерин в письме к царю писал: «Злоба дня состоит в борьбе с социализмом... Русское правительство имеет дело с сравнительно небольшой шайкой, которая набирается из разных слоев общества, но главным образом из умственного пролетариата, размножаемого нашими учебными заведениями... Одолеть их русское правительство и русское общество могут, только показавши такую же непреклонную энергию и такое же постоянство, какие высказывает это отребье человеческого рода». А участник осуществления реформ 60—70-х гг. Д. А. Оболенский доказывал Льву Толстому, что государственных преступников «ввиду несообразного злодейства их преступлений нужно прямо ослеплять для предотвращения побегов».

Если несколько лет тому назад интеллигенция в целом с большим сочувствием относилась к революционным романтикам, то теперь большинство отвернулось от радикальных способов переустройства общества, а заодно вообще от политики. Умеренные интеллигенты стали искать для себя иные сферы приложения сил. Либеральное движение приняло новые формы.

Миновала пора подачи адресов, усилилось внимание к проблемам отдельной личности. Это считалось не менее важным, нежели требование конституции. Либеральные идеи проникали в общество вместе с «великой грустью за человека» со страниц произведений Г. И. Успенского, A. П. Чехова, В. М. Гаршина, М. Е. Салтыкова-Щедрина, B. Г. Короленко.

Свой вклад внесли и художники. Они нередко отказывались от отражения в своих произведениях острых общественных проблем, больше внимания уделяли внутреннему миру человека, вечным вопросам бытия, места человека в мире.

Либеральные идеи подобной направленности исповедовали и распространяли присущими своему роду занятий средствами ученые: историки В. О. Ключевский, Н. И. Ка- реев, юристы М. М. Ковалевский, Б. Н. Чичерин.

Либеральные земские деятели теперь уже не требовали немедленного введения конституции. Среди них получили распространение теория «незаметного служения», практика «малых дел». Земские учителя, врачи, библиотекари, агрономы, лесоустроители, мелиораторы спокойно, без громких слов отдавали свои способности, знания, жизнь кропотливой, повседневной работе на общее благо, помогая народу освободиться от безграмотности, нищеты, невежества.

Демонстративный уход из политики позволил либералам, с одной стороны, дистанцироваться от власти и в то же время не выступать против нее. Но, с другой стороны, они освободили политическую арену, на которой в конечном счете все и решалось, для революционеров и консерваторов. Средняя, умеренная политическая линия оказалась в России самой слабой.

Продолжение >>>